12:51 

Полный перевод фика "Проникновение"(The Infiltrate Series) глава 1

Kati Sark
Хочется есть, пить, курить и трахаться. Но можно и не по порядку
Название:Проникновение (Infiltrate (tear down the walls and the gate))
Цикл: "The Infiltrate Series"
Авторы:SkipandDi (ladyflowdi),MirrorSkippy
Ссылка на оригинал: archiveofourown.org/works/169263
Переводчики: Dushka Niki, Lomi
Бета: Lomi
Разрешения на перевод: все законно
Категория: Слеш
Жанр: Porn,Kinks, Drugs, Bondage, Violence, Gore, BDSM
Пейринг: Шерлок/Джон
Рейтинг: NC-17
Дисклеймер: ни на что не претендуем
Саммари: Это был тот момент, с которого Шерлок станет отсчитывать время, на который будет оглядываться назад, снова и снова, даже двигаясь вперед; случай, который будети спользовать для оправдания своих действий и решений, которые примет. Он знал,что Мориарти работает исключительно на его внимание, даже Джон узнал это вовремя их первой встречи. Но Шерлок был дураком, опасным, некомпетентным дураком, потому что все это так далеко зашло.
Благодарности переводчиков: Прежде всего Hemimia, которая по собственной инициативе нашла нам второго прекрасного переводчика. И, конечно, Lomi, без нее этот текст, так бы и остался в первоначальном диком состоянии.Спасибо вам!!!



Майкрофт любил Индию весной.

Сезон дождей закончился, выполнив свою задачу, подготовив землю к пахоте и будущему урожаю. С высоты облаков Индия казалась сплошь зеленой, купающейся в переливах этого цвета. Майкрофт знал, что по приземлении он распадется на оранжевый, красный, и полную палитру оттенков между ними, и эта яркость, которая просто не может существовать в природе, будет жечь ему глаза. А потом он увидит женщин, одетых в легкие сандалии и нарядные сари, и – да, да, да! – он просто обожает Индию весной. Это сродни прикосновению к чужеземной экзотике, к раю. После того, как они покинут страну, его волосы еще долгое время будут пахнуть шафраном и бадьяном, а одежда – корицей и кумином.

-Вы опять улыбаетесь, - заметила Элизабет, сидевшая напротив. При этом она не отрывалась от экрана своего телефона – плохая привычка, и он дал себе слово все же попытаться отучить ее от этого. В очередной раз.

-Я хочу пригласить вас в уютный ресторанчик, как раз за углом посольства. На завтрак там подают совершенно восхитительные идли-самбар.

Майкрофт хмыкнул, подумав о них – кажется, он уже сейчас мог ощутить на языке вкус индийских лепешек с чечевичным соусом - их пряность, текстуру и собственный восторг. Индия, - всегда говорила ему мамочка, - это страна, которую нужно ощутить на вкус. Не познаешь ее, пока не отведаешь ее блюд.

-Скажите мне, мисс Розенталь, вы когда-нибудь бывали в Индии?

-Когда я училась в университете, то встречалась с выходцем из Бангалора, - ответила Элизабет.

-Вы никогда не встречались с выходцем из Бангалора.

-Да, действительно, он был из Мумбаи, - легко согласилась она и послала ему улыбку, по-прежнему не отрывая глаз от телефона. – Посол ждет вас в зале приемов в аэропорту.

-Пресса?

-Доступ ограничен. Только Би-Би-Си и Сан-пресс.

-Превосходно.

Борт – личный, шикарный, купленный и обслуживающийся частным порядком - скользнул в воздушное пространство аэропорта Дели Интернешнл. В завтрашних выпусках новостей не будет ни одного упоминания о приземлении этого самолета – фактически, помнить об этом будут только дети, резвящиеся в траве, пока их родители читают, развалившись на кушетках в комнатах ожидания. Позже они расскажут своим приятелям о аэропланах, которые они видели, об их различных типах и конструкциях, и может быть, упомянут о забавном самолете, маленьком и блестящем, как игрушка, втиснувшемся при приземлении между двумя огромными лайнерами.

Посол Кларк ждал у двери лимузина – высокий и серьезный, словно Майкрофт мог позабыть, каким очаровательным малышом он был когда-то в начальной школе. Он улыбнулся, глубоко вдыхая сладкий, густой, влажный аромат весны.

-Мистер Кларк.

-Мистер Холмс, - поприветствовал его Кларк и только по мельчайшим признакам, нарушающим общую торжественность его облика, можно было судить, насколько он рад появлению Майкрофта. – Большая радость видеть тебя, как всегда.

-Взаимно. Я вижу, воздух Нью-Дели пошел тебе на пользу, - сказал Майкрофт, наблюдая, как посол расплывается в понимающей улыбке.

-Воздух Нью-Дели всем идет на пользу, если имеется достаточно денег, чтобы его себе позволить, - ответил Кларк. – Хотелось бы сказать то же самое о тебе, старый друг.

Майкрофт был слишком хорошо воспитан, чтобы позволить себе потереть подбородок, служивший даже для него очевидным свидетельством значительной потери веса за последние месяцы.

-Что вполне объяснимо, учитывая обстоятельства.

-Целиком и полностью, - ответил Кларк, нисколько не меняясь в лице. – Прошу.

Поездка оказалась на удивление приятной. По просьбе Кларка водитель лимузина сделал большой круг, и Майкрофт знал - это для того, чтобы избежать трущоб, со всех сторон угрожавших респектабельным районам Нью-Дели, как будто можно было просто проигнорировать место, служившее домом более чем трем миллионам человек. Майкрофт находил весьма любопытным свое состояние по этому поводу – отчаянное желание каким-то образом исправить сложившуюся ситуацию и одновременно чувство неловкости за нее. Времена имперских решений Британии давно миновали.

-Джеффри, нас ведь не ждут в посольстве в ближайшие несколько часов? Вы просто обязаны составить мне компанию за завтраком, - сказал Майкрофт, отвлекаясь от разглядывания вида за окном. – Это уютное, ничем не примечательное местечко, в котором подают едва ли больше четырех блюд… но зато эти блюда у них удаются божественно.

-Надеюсь, это не то самое «уютное местечко», куда ты затащил меня в прошлый раз. После меня неделю тошнило.

-Тебя тошнило, потому что ты пил местную воду, - заметил Майкрофт и рассмеялся. – Твой нежный британский желудок не смог с этим справиться.

-Моя жена с тобой бы согласилась, - проворчал Кларк, дернув верхней губой, украшенной усами.

Ресторанчик оказался на месте, как и предполагал Майкрофт. Его владельцы тут же кинулись к нему и расцеловали в обе щеки, явно с целью смутить. Польщенный, он позволил им это, а в награду получил в свое полное распоряжение столик на втором этаже, откуда открывался потрясающий вид на реку и улицу внизу.

Стулья оказались расшатанными, стол не отличался устойчивостью, а подошвы туфель слегка прилипали к полу, но все это сразу же стало неважно, в самом деле неважно, как только им принесли дымящиеся тарелки с едой – лепешки с чечевичным соусом, росхогуллы и индийский сыр в меду, слегка обжаренный с миндалем.

Прекрасная еда в прекрасной компании старины Кларка, с которым можно было предаться воспоминаниям об их общем детстве.

Внизу послышался какой-то шум, нарастающий гвалт и гневные вопли. Майкрофт как раз обмакнул свой роти в тающую на языке патоку с корицей, приготовленную по-домашнему, как к их трапезе присоединился третий. Его препроводили к столу с предупредительным вниманием к безопасности, что было весьма любезно со стороны полицейского Нью-Дели, детектива Рахида, и характеризовало его как исполнительного и энергичного молодого человека. На мгновение показалось, что детектив, усадив гостя за стол, присядет рядом, хотя конечно же Майкрофт знал, что это невозможно, так как детектив Рахид в этот момент находился при исполнении задания главного управления полицейского департамента.

-Приношу свои извинения за то, что начали без вас, - искренне сказал Майкрофт, подвигая дымящуюся тарелку. – Прошу вас.

Человек, казавшийся чрезвычайно бледным, поднял на него пустые глаза. Он был худ, его сухощавое телосложение говорило о том, что ему постоянно приходится быть в движении и питаться от случая к случаю. Он совершенно не походил на одетого с иголочки бизнесмена, которого описывал ему Шерлок, чуть тронутого загаром, злоба которого была настолько всепоглощающей, что трансформировалась в нечто совершенно нездоровое.

Майкрофт дружелюбно улыбнулся.

-Владелец, мистер Гупта, держит великолепный Ерл Грей, специально на случай моих визитов. Этот чай действительно обладает изысканным вкусом и не идет ни в какое сравнение даже с маркой самого Фортнама.

-Что здесь происходит? – прошипел человек сквозь стиснутые зубы.

-Происходит? Что вы имеете в виду, мой дорогой? – Майкрофт обменялся взглядом с послом. – Я полагал, это завтрак старых приятелей.

-Просто знакомых - но знакомых весьма продолжительное время.

-Ох, Джеффри, ты ранил меня в самое сердце.

-Тем не менее, нельзя не отметить, что лепешки с соусом в самом деле великолепны.

-Вы еще не пробовали? – поинтересовался Майкрофт, разделывая тесто вилкой и испытывая при этом восхитительное плебейское чувство. – Я настаиваю, чтобы вы сняли пробу, мистер Мориарти, тесто очень нежное, но весьма питательное.

Мориарти смотрел на него во все глаза. Одно веко у него чуть заметно подергивалось, и Майкрофт вздохнул, изображая обиду. Промокнув губы салфеткой, он сложил ее на коленях.

-Мой дорогой друг, я со всем уважением предлагаю вам последнюю трапезу в качестве свободного человека. Уверен, что ваша матушка – Маргарет Энн Беркшайер из Суррея, владелица небольшого цветочного магазина на первом этаже, как раз под ее квартирой, с названием «Прекрасные лепестки», и следовательно, обладательница уточенного вкуса во флористике – привила вам более приличные манеры, чем те, которые вы сейчас демонстрируете.

Мориарти прищурился, и Майкрофт довольно рассмеялся.

-Она чудесная женщина, предложила мне чашку чая, когда я заглянул немного поболтать. Вы ведь уже давно не бывали дома – она выкрасила стены гостиной в оригинальный бордовый оттенок. Довольно смело в ее-то золотые годы, - как сказала она сама, тем самым напомнив мне мою собственную мать, за вычетом некоторых вещей. И как подло с вашей стороны было лгать ей все эти годы, о своей работе и личной жизни. Все, что нужно бедной женщине –заполучить парочку внуков. Но - и мы оба это знаем - такого никогда не произойдет.

Посол усмехнулся, демонстрируя искреннее неподдельное веселье.

-Перестань, Майкрофт, ты должен признать, что он – премиленькая штучка.

К вящему удовольствию Майкрофта Мориарти оставался тихим и бледным. Он сгорбился на стуле, замкнувшись в молчании, его лице ничего не выражало.

-В самом деле, Джеффри. Воплощение греха, как все наперебой утверждают. Совсем не то, что интимные отношения с мальчиками по вызову, которые могут в перспективе омрачить вашу совесть. Мамочка этого не одобрит.

Майкрофт сделал глоток чая.

-Теперь поговорим о вашем содействии… освежи мою память, Джеффри, разве его рабочие визы еще действительны?

-Их строк истек, когда кое-кто впутался в дела преступных организаций, - с готовностью откликнулся Кларк. – И сделал это мастерски, надо отметить.

-Не сомневаюсь, - согласился Майкрофт. –Как и ваша юная сестра Ребекка, Джеймс. Прекрасное имя для прекрасной женщины. Многие модели не имеют, чем похвастаться в плане наличия серого вещества - по крайней мере, мне так говорили - но это совершенно не относится к Ребекке – если не принимать во внимание ее кокаиновую зависимость, она довольно бойкая, красноречивая девушка, и я получил от вечера, проведенного в ее компании, большое удовольствие.

Если бы ярость могла убивать, он был бы уже давно мертв под неистовым взглядом Мориарти.

-Если вы тронете мою…

Майкрофт стукнул кулаком по столу с такой силой, что звякнули столовые приборы, а вода выплеснулась из бокалов, и ярость, которую он до поры сдерживал, перехлестнулась через край, как поднявшаяся вода в паводок.

-Вы тронули моего младшего брата. Вы похитили его, привязали к стулу, избивали и накачивали наркотиками. У вас еще будет время понять, Джеймс, что хоть я и позволяю брату многое в его специфических развлечениях, существует четко прочерченная граница, пусть незримая, но понятная каждому отребью, ползающему в катакомбах Лондона.

Он наклонился вперед, приблизившись вплотную, пока не смог различить бледную кожу вокруг глаз Мориарти, не смог ощутить его зловонное дыхание, не смог увидеть капельки пота, выступившие над верхней губой и на лбу.

-Шерлок никогда не останется один – у него есть старший брат, который присматривает за ним - в самом широком смысле этого слова.

-Вы не…

-Скотланд Ярд? - Майкрофт откинулся на спинку стула. – Мой дорогой друг, разве я когда-нибудь оставлял что-то настолько важное на откуп Ярду?

Элизабет ждала у двери, вместе с Чарльзом и Ричардом, идеальными представителями секретной интеллектуальной службы Майкрофта.

-Дорогая, нас с Джеймсом не ждут в Лондоне раньше послезавтрашнего дня. Будьте добры… проследите, чтобы он ни в чем не нуждался и ни в коем случае не скучал.

Она широко улыбнулась.

***

В квартире под номером 221 В по Бейкер-стрит стояла тишина.

Духовка была приоткрыта, и ее теплый золотисто-оранжевый свет подчеркивал ночную тьму, затопившую остальные комнаты - тихие, пустые и темные. Свет разноцветными мерцающими точками, похожими на светлячков поздним летом, отражался в телевизоре и в экране раскрытого ноутбука, зависшего в спящем режиме, словно владельца что-то отвлекло, и он не успел его выключить. Повсюду валялись книги, журналы, счета, документы и обрывки бумаг, наверняка необходимых, но сейчас, в темноте раннего вечера, забытых и совершенно неважных. Жутко и знакомо скалился в полумраке череп Томаса Бейкера, одетый в солнечные очки с розовыми стразами – их, поддавшись странной прихоти, купил Джон, в качестве напоминания об их первом совместном деле.

В кухне среди полного хаоса - следствия назавершенных экспериментов - все еще лежали остатки заказанной на дом еды, чайные чашки, и царил обычный беспорядок, который обычен в жилище двух мужчин, не очень-то заботящихся о поддержании чистоты. Главное, что им уютно в этом доме и рядом друг с другом. Просто хорошо.

За кухней, чуть дальше по коридору, куда не добирался свет, отбрасываемый духовкой, располагалась спальня Шерлока. Именно эту комнату, освещенную проникающим в окно светом уличных фонарей, он выбрал в качестве ночного убежища. Именно здесь, в темноте, с ним был Джон Уотсон.

Они предпочитали обходиться без слов. Пот успел остыть, мышцы расслабиться, а сон прийти и вновь убежать прочь. Они лежали, запутавшись в простынях, и вскоре придется поднимать с пола одеяло, но Джону пока не хотелось тревожить обманчивое спокойствие тишины. А быть может… может, ему просто не хотелось двигаться и лишаться прикосновения пальцев Шерлока к своим волосам, которым он наслаждался уже несколько часов, и к плечам, где тело Шерлока вжималось в каждый дюйм его усталой, ноющей плоти. Быть может, Джон не хотел никуда двигаться с этого места на постели Шерлока, где он так уютно устроился, не хотел убирать с груди Шерлока ладонь, под которой ощущались редкие, тонкие и шелковистые на ощупь волоски.

- Я чувствую твой вкус, - произнес Джон в темноте. Его горло все еще жгло, – у себя во рту.

- Чувствуешь?

-Да.

- И каков я на вкус, Джон?

Он закрыл глаза.

– Опасный. Превосходный.

Пальцы, касавшиеся волос доктора, двинулись вниз к затылку, задержались над линией плеча, ноющими мышцами, рубчатой тканью шрама.

– Нет причин для страха.

Причины для страха были, но Господи, помоги ему - Господи, помоги, - он все равно потянулся к губам Шерлока.

Шерлок заметил неуверенность в реакции Джона, даже несмотря на то, что язык доктора с энтузиазмом скользил у него во рту. Ему до сих пор не удалось заметить никакой закономерности в реакциях Джона. Конечно, его действия были вполне предсказуемы, Шерлок мог предугадать их с легкостью, но реакции Джона порой бывали совершенно противоречивы. Это опьяняло. Это напоминало ему…

- Это был ночной портье, - он резко сел, и Джон скатился с него на кровать, скорее раздосадованный, чем раздраженный. Его единственным комментарием стал выкрик «Брюки!» в спину Шерлока, уже устремившегося к двери.

Шерлок наугад схватил с пола какие-то штаны, но на пути в кухню зашвырнул их подальше. Свой телефон он обнаружил в гостиной и в течение следующих десяти минут бешено строчил смс, потом переключился на ноутбук, чтобы уточнить некоторые факты.

Джон, возникший на пороге комнаты, повадками подозрительно напоминал слона, упрямо ломившегося через кусты.

– Твою мать, Шерлок, – брюки полетели в его направлении. – Я знал, что ты это сделаешь.

- Тогда почему ты продолжаешь настаивать, тратя наше с тобой время? – поинтересовался Шерлок, что-то бешено печатая.

- Потому что не хочу нести ответственность за психологическую травму Лестрейда, который заявится сюда и обнаружит тебя в таком виде.

- Ему не привыкать, - возразил Шерлок, нетерпеливо клацая по клавиатуре. Ему не нужно было смотреть на Джона, чтобы представить выражение его лица.

- Надень эти чертовы брюки, а позже объяснишь, что ты имел в виду.

Шерлок встал и сделал попытку проигнорировать предложенную одежду, но Джон был непреклонен. Шерлок находил нелепой эту зацикленность на смехотворных правилах приличия, и немедленно изобрел одиннадцать различных сценариев, как заставить Джона раздеться как минимум перед половиной Ярда. Четыре он отмел сразу как непрактичные, четыре - как достаточно экстремальные, способные рассорить их на длительное время, а три оставшиеся признал довольно заманчивыми. В конце концов, нужно расширять границы сознания Джона.

Тот, кстати, все еще держал брюки, тыча ими в грудь Шерлока.

– Ты отвлекаешь, - проворчал он.

Джон ткнул сильнее.

Шерлок натянул проклятые брюки.

Застегнув и подвернув их, он театрально взмахнул руками в сторону Джона.

– Лучше? – язвительно поинтересовался он.

Пока Шерлок одевался, Джон нашел возле дивана смятую рубашку с подозрительным пятном возле четвертой пуговицы. Он швырнул ее в сторону Шерлока, целясь в голову.

– И это тоже не забудь.

Шерлок подхватил рубашку в воздухе и недовольно уставился на Джона. Тот уже открыл рот для ответной отповеди, как раздался внезапный, но настойчивый стук в дверь.

– Быстро он, - прокомментировал Джон.

- Это не Лейстред, - ответил Шерлок. Он узнал бы этот стук где угодно. – Это Майкрофт.

***

Майкрофт не был шокирован видом брата, когда тот открыл ему дверь, - наверное, потому что его давно уже ничем нельзя было по-настоящему шокировать, - но в первый раз на своей памяти испытал такое веселое удивление.

Один взгляд – сфокусирован на двух определенных точках за две секунды, - и он уже знал, чем занимался Шерлок. Конечно, определенные подозрения появились бы у любого, увидевшего сомнительные пятна и брюки на 5 дюймов короче, но Майкрофт заметил больше: крошечные морщинки в уголках глаз брата говорили о недавно пережитом стрессе, но в то же время в его манере держаться и очертаниях долговязой фигуры чувствовалось, что напряжение уже отпустило.

Признаков наличия рядом доброго доктора не наблюдалось, но это было совершенно неважно. Предательское гудение в трубах, означавшее, что где-то в квартире бежит вода, заставило Майкрофта улыбнуться, а Шерлока пригрозить:

– Один комментарий и я выставлю тебя за порог.

- Разве я не могу порадоваться за тебя? – спросил Майкрофт и заговорил вновь, так и не дождавшись предложения войти. – Последний раз это случалось… напомни… лет шесть назад? Рыжий парень из Кента?

- Мы не будем говорить об этом, - объявил Шерлок, рубанув рукой воздух, словно мог закруглить неприятный разговор одной лишь силой своего желания. – Скажи лучше, что ты делаешь здесь в такое время, Майкрофт? Разве тебе не надо варить зелья, есть детишек и пить кровь юных девственниц?

- Твоя грубость совершенно неуместна, – Майкрофт мельком взглянул на раскрытый ноутбук на столе и положил рядом с ним конверт. – Возможно, водитель лимузина, но, скорее всего, ночной портье.

- Конечно, это был ночной портье, - ответил Шерлок, скрестив на груди руки, и Майкрофту внезапно стало любопытно, какую домашнюю сценку он прервал своим появлением. И поневоле развеселился - если кто и мог выдержать эмоциональные пинки его брата, то это был Джон Уотсон.

– Как мамочка, все в порядке?

- Была в порядке, когда я в последний раз в ней разговаривал. Она сказала, что позвонит, когда доберется до Монте- Карло.

Шерлок мгновение сверлил его тем самым проницательным взглядом, который делал его в точности похожим на отца. Майкрофт вспомнил, как ребенком он смотрел точно так же, щуря свои яркие кошачьи глаза и кривя рот в раздраженной гримасе.

– Надеюсь, поездка в Индию оправдала твои ожидания.

- В некотором смысле, - сказал Майкрофт, улыбаясь, как кот, объевшийся сметаны.

- Одной невесты из Индии было вполне достаточно, чтобы сделать определенные выводы, тебе так не кажется?

- Чутье никогда меня не подводило, - ответил Майкрофт, взмахнув рукой. – Нет, нет, я привез подарок тебе. Знаю, как сильно ты любишь сюрпризы.

Шерлок раздраженно нахмурился.

– Только не говори, что подыскал там невесту для меня.

- К чему мне это, когда у тебя уже есть одна?

- Ты меня утомляешь.

- А ты меня, - сказал Майкрофт и сжал плечо брата, несмотря на то, что тот явно нарывался. Скорее, даже в ответ на это. – Ну, я пошел. Постарайся не звонить раньше восьми; ты же знаешь, как я ненавижу, когда ты прерываешь мой утренний моцион.

***

Шерлок смотрел на желто-коричневый конверт на столе со смесью отвращения и настороженности. Майкрофт – самый ленивый человек из всех, кого Шерлок когда-либо знал, но если и существует в этом мире нечто, над чем его старший брат может работать с неиссякаемой энергией, так это возможность наблюдать, как его махинации доводят Шерлока до белого каления. В течение добрых десяти лет жизни Шерлок был уверен, что единственное предназначение Майкрофта – это усердная слежка за квартирой Шерлока и преднамеренное пресечение всех его инициатив.

А сейчас Майкрофт положил конверт на стол и просто ушел. Не очень хороший знак.

Он злился на своего брата, на текущее положение дел и, наверное, на весь мир в целом за то, что тот не предоставил ему никакой альтернативы, на которую можно было бы переключиться. Подошел Джон в джинсах и свитере, выполнявших при случае функции пижамы, потому что порой он понятия не имел, окажется ли в постели или, к примеру, в магазине. Учитывая стиль их жизни, это была разумная предусмотрительность.

– Майкрофт шлет привет, - сказал ему Шерлок.

- Мило с его стороны, - ответил Джон, проследив за направлением взгляда Шерлока. – Сувенир?

- Возможно, нечто столь же бесполезное, - уклончиво ответил Шерлок. Обычно ему была несвойственна подобная нерешительность. Но, видимо, какая-то крошечная часть его хотела просто толкнуть Джона к стене и забыть про Майкрофта, Лестрейда, квартиру, этот маленький скучный мир, и всех населяющих его скучных ничтожеств. Он мог бы представить это как вызов: «Заставь меня забыть мое собственное имя». Конечно, этого никогда не произойдет, но существует ведь так много заманчивых способов хотя бы попытаться.

Джон тем временем решил следовать своему собственному курсу действий, пересек комнату и решительно взял конверт. В последнее время он с готовностью проявлял самостоятельность; инцидент с похищением, по-видимому, отучил его безоговорочно принимать мнения Шерлока по любому вопросу за истину в последней инстанции. Это нервировало, но чаще всего оборачивалось Шерлоку на пользу.

Он повернулся, чтобы взять скрипку, но не успел. Выдох Джона «Твою мать!» остановил его на полпути.

Джон держал в руках большую, глянцевую фотографию. Заметив взгляд Шерлока, повернул ее изображением к нему. Со снимка смотрел Мориарти в наручниках.

- Сукин сын, - выплюнул Шерлок. Он готов был убить Майкрофта.

***

Сказать, что Шерлок впал в неистовство – это ничего не сказать.

Джон знал его достаточно долго, чтобы хорошо познакомиться с взрывным темпераментом Холмса, который часто играл ему на руку, но иногда доводил до беды, и знал также, что порой страсти берут над ним верх. Поэтому Джон совсем не удивился тому, что Шерлок все утро неприкаянно бродил по квартире, будто рассерженный медведь, хлопал дверьми и пинал стулья. Он бормотал без остановки, половину слов едва можно было разобрать, а то, что все-таки поддалось дешифровке, казалось Джону совсем непохожим на привычный английский.

Джон, со своей стороны, понимал гнев Шерлока, частично объяснявшийся той дерьмовой ситуацией, в которую их умудрился втянуть Мориарти. Даже теперь на теле Шерлока еще кое-где сохранились синяки после бассейна, которые отливали всеми цветами радуги и заживая, линяли до уродливо-зеленого оттенка. Один раз он с Шерлоком даже оказался в Бартсе по экстренному вызову после того, как Холмс, бледный и растерянный, вышел из туалета, и сказал: «Кажется, я начал мочиться кровью». Джон развил тогда бурную деятельность, применив армейские навыки, которые использовал при обращении с некоторыми пациентами, утверждавшими, что оторванные взрывом руки - это ерунда, просто царапина.

С другой стороны Джон подозревал, что на более глубинном уровне Шерлоку было плевать на это – на то, что Мориарти поимел Джона, на то, что он поимел самого Шерлока, и уж конечно на то, что он поимел весь Лондон. Шерлок был взбешен потому, что ему не удалось поймать Мориарти самому – а возможно, даже потому, что Мориарти вообще пойман. И причина отнюдь не в том, что он хотел, чтобы кто-то еще пострадал - конечно нет - а в том, что Мориарти, в своей извращенной манере, был единственным, кто смог по-настоящему развлечь Шерлока. И как ребенок, у которого в наказание отобрали игрушку, он ударился в форменную истерику. Джон не удивился бы, если б увидел, как Шерлок бросается на пол и начинает вопить.

Вздохнув, он заварил чай и обругал себя за такие немилосердно циничные мысли.

С другой стороны, они считались бы немилосердными только в том случае, если бы не были правдой.

В половине пятого вечера Шерлок, наконец, прекратил свои метания по квартире и ничком бросился на диван. Джон принес ему чаю – это все, что он мог для него сделать, пока не минует кризис. А это был именно кризис, вне всяких сомнений – Джон никогда не видел Шерлока таким подавленным и одновременно таким рассерженным.

Он коснулся поцелуем волос Шерлока - просто потому, что теперь было можно, - сел рядом, подождал, пока раздраженный Шерлок сделает глоток, и поинтересовался:

– Теперь лучше?

Шерлок бросил на него взгляд раненого медведя.

– Ты поразительно спокоен, - сказал он Джону, ногой подтаскивая к себе кофейный столик, так, чтобы он был поближе к Уотсону.

- Конечно. Убийца-психопат пойман, мир стал безопаснее.

- Никогда не устану поражаться твоему идеализированному однобокому взгляду на мир, - отрезал Шерлок.

- Это твой крест, - согласился Джон, глядя вниз на их руки, слегка соприкасавшиеся локтями. –Я сожалею, что с ним так вышло.

- Ты о чем?

- Ты понимаешь, о чем.

И самое интересное было в том, что Шерлок действительно понимал. Помолчав, он сказал:

– Я убью Майкрофта, когда увижу его в следующий раз. Каким-нибудь изощренным способом. Чтобы искры летели.

- А чего ты ждал от поимки Мориарти, Шерлок? Перестрелки, как на Диком Западе?

- Мы такое уже проделывали. И я выиграл.

- Это как посмотреть. Мы чуть не утонули.

- Да, - согласился Шерлок и провел большим пальцем по щеке Джона, там, где когда-то были стежки, а теперь розовел шрам. Эта свобода прикосновений… он никогда не перестанет упиваться ей. Джон закрыл глаза.

***

По телевизору в шестичасовых утренних новостях стали появляться первые репортажи, на каждом канале без конца мелькали подробности и сюжеты. Ухмыляющееся лицо Мориарти постоянно маячило перед глазами, к чему он, в общем-то, всегда стремился. В восемь Джон пошел вниз, чтобы взять утреннюю газету; в восемь-ноль-одну Шерлок позвонил Майкрофту, который взял трубку после первого же гудка.

- Твоя одержимость контролировать всех и вся не знает границ, - начал было Шерлок, но Майкрофт оборвал его.

- Да, да, я манипулирую всеми вокруг, ты ненавидишь это, никогда не простишь, никогда не забудешь, все как обычно. Я дал знать детективу-инспектору Лестрейду, что ты будешь через 30 минут, но самолично прослежу, чтобы все перенеслось на девять. Как предусмотрительно с моей стороны, не правда ли? Так что скоро увидимся, братец, хочешь ты этого или нет.

Шерлок резко нажал клавишу отбоя. Он гипнотизировал телефон и лелеял братоубийственные планы, совершенно не принимая во внимание их моральный аспект - в этом вопросе логика ему неизменно отказывала.

По телеку без конца повторялся один-единственный ролик с Мориарти, от которого уже тошнило. По сравнению с предыдущими появлениями на публике выглядел он потрепанным и уставшим, но улыбался язвительнее, чем когда-либо.

– Как хорошо дома, - пошутил он, когда его толкнули в камеру.

Было только полдевятого, а Шерлок был уже сыт этим днем по горло – впрочем, последующие несколько суток в перспективе тоже выглядели отнюдь не многообещающе. Он покосился на диван, но существовала большая вероятность, что если он сейчас ляжет, то не поднимется по меньшей мере до конца недели. Это было его дело, поймать Джеймса Мориарти было его задачей, а если вместо этого в ближайшем будущем он обречен охотиться на жалких ночных портье, то в самом деле пришла пора предпринимать более решительные действия.

Когда Джон вернулся обратно, Шерлок буквально впечатал его в стену.

– Какого черта? – воскликнул Джон, роняя газеты, когда Шерлок обхватил его за задницу и приподнял. Губами он впился в шею Джона, выцеловывая путь вверх, к нижней челюсти.

– Шерлок… - снова попытался Джон.

- Пробую кое-что новое, - пробормотал Шерлок, не желая надолго отвлекаться от местечка чуть пониже его левого уха.

Джон часто жаловался, что Шерлок постоянно превращает секс между ними в некий вид эксперимента, и что это просто смешно, но Холмс прекрасно понимал истинную подоплеку его ворчания.

– Считаешь, недовольное нытье действительно самая уместная реакция в данной ситуации? – Шерлок чуть отстранился, чтобы задать этот вопрос, одновременно прокручивая в уме дальнейший план действий. Определившись, он опустился на пол, увлекая Джона за собой и попутно стягивая с него джинсы – свитер он к этому времени уже успел стащить.

Джон фыркнул.

– Я ничего не говорил.

- Но подумал, - возразил Шерлок. Когда Джон в конце концов оказался в сидячем положении на полу, Шерлок оседлал его бедра, обхватив ногами за пояс. С ловкостью и скоростью, которые даже для него были рекордными, он освободил член Джона от белья; и вдруг осознал, что не может с уверенностью утверждать, было ли у Джона достаточно времени, чтобы закрыть дверь в их гостиную.

- Мне не двадцать пять, Шерлок, и на полу неудобно, - заметил Джон, хотя задыхающийся шепот, которым он выговорил эти слова, выдавал его очевидную заинтересованность в происходящем.

- И то и другое определенно справедливо, но через 10 секунд тебе будет плевать, - ответил Шерлок.

Джон никогда не пытался торопить события, никогда не заставлял Шерлока объяснять, почему тот играл на скрипке его любимые мелодии, или, например, почему сейчас рука Холмса, скользкая от слюны, стремительно двигалась по его члену. Шерлок любил изыскивать способы наилучшего использования умения Джона приспосабливаться к окружающему, в стремлении прочувствовать его искреннюю открытость миру. Вряд ли у него когда-нибудь это получится – всегда находилось слишком много всего, слишком много или, напротив, слишком мало, - но недостижимость цели не достаточный аргумент, чтобы удержать его от дальнейших попыток.

Никогда не будет слишком – подумал Шерлок, обхватывая губами член Джона одним плавным слитным движением. Джон судорожно втянул в себя воздух и вцепился в волосы Шерлока, с силой дергая его за пряди. Тремор в его руке больше не был психосоматическим, и осознание этого факта заставило Шерлока громко застонать, хотя Джон, возможно, даже не понял, чем вызвана такая реакция. Члену было невыносимо тесно в брюках, и это было не совсем так, как он планировал, он хотел большего, он все еще повторял про себя непрерывное - «Заткнись, заткнись, заткнись».

Шерлок отстранился от Джона, чтобы сесть и стащить собственные брюки, отшвырнув их как можно дальше. Джон немного передвинулся, горячими приоткрытыми губами целуя его шею и ключицы. Два смазанных слюной пальца Шерлока с небрежной точностью вошли внутрь его собственного тела - там по-прежнему было влажно от любриканта, оставшегося с их предыдущего раза, так что делал он это скорее для успокоения Джона, чем из-за реальной необходимости. То, чего Шерлок по-настоящему хотел, он сделал мгновением позже - бесцеремонно схватил член Джона и насадился на него.

- Господи, - выдохнул Джон, словно Шерлок ударил его в солнечное сплетение или же он сильно ударился при падении и теперь не мог как следует вздохнуть. Задницу Шерлока жгло огнем, и это ощущение было лучшим, что случилось с ним за сегодняшний день. Как странно, думал Шерлок, что эта попытка сблизиться только обостряла ощущение отстраненности и разделения, а каждая точка соприкосновения их тел служила лишним напоминанием о тех местах, до которых он не мог дотронуться. Шерлок отчаянно двигал бедрами, его руки гладили плечи Джона, соскальзывали вниз по спине, дразня пальцем его вход, и вновь судорожно летели к плечам. Сейчас он не мог сосредоточиться на том, чего хотел, не мог влиять на ход событий, выстраивая их в нужном ему направлении. Шерлоку нужно было больше – гораздо больше, чем Джон когда-либо мог ему дать.

Джон двигался ему навстречу, и с каждым его толчком обжигающий вихрь пронизывал нервные окончания Шерлока, спиралью закручивая напряжение, концентрировавшееся внизу живота и угрожавшее выжечь его изнутри. Шерлок пребывал уже практически на грани, но нет - голос Мориарти снова зазвучал у него в голове, и его издевательское позерство, предназначенное для публики, спровоцировало натиск отчаяния, граничащий почти с физической болью.

В следующий миг Джон вдруг одной рукой вцепился в затылок Шерлока и решительно прижался к его губам, без слов приказывая ему прекратить думать, и в то же время просунул другую руку между их телами. Его хватка на члене Шерлока была достаточно сильна, чтобы причинить боль, и Холмс закричал ему в рот, когда наконец почувствовал, как разжимаются тиски, сдавившие его голову, - и нет, не только, этот вихрь сокрушил его, придавил и разбил вдребезги.

Вот так, - думал он, рассыпаясь на миллионы осколков, - так значительно лучше. Его мысли растворились, словно песчинки в волнах. Их миллионы, их всегда так много, но теперь они утихли, отошли на второй план. Бывали времена, когда он ненавидел это чувство, ненавидел всеми фибрами души. А иногда единственная вещь, которая удерживала его на краю безумия – это Джон, разрушающий его на части.

***

Шел дождь, но в этом не было ничего нового.

Как все-таки чертовски паршиво, когда утро начинается с мелко моросящего холодного дождя, а заканчивается ледяным ливнем и пронизывающим ветром. Брать зонтик было бесполезно, а остаться сухим - нечего и мечтать. Именно в такие дни особенно велико искушение позвонить с какой-нибудь отмазкой на работу и снова свернуться калачиком под одеялом рядом с женой.

Впрочем, Джеффри знал, что все может быть во сто крат паршивее – с тех самых пор, как получил в наследство проблему по имени Шерлок Холмс и все, что этому сопутствовало.

Шерлок появился в его жизни внезапно, выскочив как черт из табакерки, еще в те далекие времена, когда сам Джеффри был начинающим детективом-сержантом. Молодой и безрассудный, Холмс не проявлял ни малейшего уважения к детективу-инспектору Лейну, и когда однажды Шерлока застукали увлеченно ковыряющимся на месте преступления, - вопрос, как он умудрялся проникать за полицейские кордоны, навсегда остался тайной для Лейна, как и для самого Джеффри – то без церемоний закрыли на ночь в камере. Надежды на то, что время, проведенное за решеткой, немного поумерит пыл Шерлока, не оправдались. Он раскрыл два дела о взломе, к которым был причастен главарь банды налетчиков, и приобрел преданного друга в лице бездомного Ричарда, жившего за углом - его каждые пару недель притаскивали в участок, чтобы отмыть и накормить по-человечески.

В тюрьме и за ее пределами Шерлок продолжал в том же духе. В какой бы части Лондона они не оказались, Шерлок - молодой и до того тощий, что сильный порыв ветра мог сдуть его к чертям - вскоре объявлялся там же и всюду бесцеремонно совал свой нос. Не примиряло с его присутствием даже то, что Холмс был чертовски умен. Своими комментариями и бесконечными жалобами на отсутствие у окружающих здравого смысла он всегда заставлял их чувствовать себя в лучшем случае неразумными детьми, в худшем - идиотами.

В один прекрасный и судьбоносный день Джеффри приплелся на работу, урвав за ночь лишь час сна на фоне непрекращающегося плача Мэриан. Ее крики, вызванные коликами, весь день преследовали его, звенели в ушах – неудивительно, что он ошибся, оформляя отчетную документацию. Таким образом непонятно куда исчезла партия в несколько тысяч фунтов кокаина. Не имело значения, что вскоре все выяснилось (ну, относительно скоро) – репутация была непоправимо загублена. Половина Ярда целых два дня искала этот проклятый кокаин, а обнаружил его не кто иной, как гребаный Шерлок Холмс, который опять крутился рядом, что-то вынюхивая, и когда узнал, в чем дело, за десять секунд сдедуктировал, что кокаин был случайно записан на букву «k» вместо «c», и что это одна из самых распространенных ошибок.

После Лейн со сладенькой улыбочкой потащил Джеффри в свой кабинет, где и завершилась его многообещающая карьера в Ярде - отныне он был официально назначен нянькой для новоиспеченного консультирующего детектива Шерлока, мать его, Холмса.

Шерлок, понятное дело, был в восторге, а Джеффри - в полнейшем ужасе. Во время их первого разговора Шерлок, рисуясь как избалованный ребенок, вычислил, что Джеффри женат и недавно стал отцом («Это очевидно по слабым брызгам молочной смеси внизу вашей рубашки, которую вы пытаетесь подвернуть, чтобы скрыть их»), что он закончил Академию со вторым результатом («Это не делает чести стандартам британского правительства, поэтому благодарите Бога, что у вас есть я»), что на ноге у него не хватает двух пальцев из-за врожденного дефекта («И это вы превосходно компенсировали»), и что его жена ходила на курсы парикмахеров («Волосы обрезаны почти с хирургической аккуратностью, хотя ножницы использовались самые обыкновенные. Это означает, что вас стригли в домашних условиях»).

Следом Шерлок выдал, что Джеффри как минимум однажды изменил вышеупомянутой жене, и тот, выйдя из потрясенного ступора, украсил физиономию Шерлока Холмса первым самолично поставленным фингалом.

Впрочем, не последним.

В 9:19 Шерлок, одетый в дурацкое пальто, которое носил весь последний год, спотыкаясь, вылез из кэба, поднял воротник и вжал голову в плечи, защищаясь от дождя. Следом за ним показался доктор Уотсон. Пресса на них обоих особого внимания не обратила, поглощенная сражением с ужасной погодой, и Джеффри мог бы от души повеселиться, глядя на это зрелище, если бы находил в происходящем хоть что-то забавное. На самом же деле он чувствовал себя в роли дрессировщика змей - одну загнали под замок, другую, с Бейкер-стрит, обхаживают, а она злится, плюет ядом и не выказывает ни малейшего страха.

- Джефф, пока все сгрудились внизу. Псих здесь.

Джеффри сделал вид, что ласковое прозвище их любимого детектива по-прежнему его коробит - для пользы самой же Салли. Ни она, ни прочие полицейские из команды Джеффри никогда не признались бы, что именно ощутили, вычислив убежище Мориарти, добравшись до места и обнаружив суетящихся парамедиков, помогавшего им доктора Уотсона, и Шерлока, находившегося под завалом, истекавшего кровью из носа, ушей и рта.

Он привычно поморщился, потому что был профессионалом, а еще потому что за годы работы с Шерлоком научился распознавать и обходить стороной его уязвимые стороны, не имевшие никакого отношения к телесным ушибам и синякам, которые только недавно начали терять свой насыщенный зеленый цвет, выцветая до болезненно-желтого оттенка.

Джеффри вздохнул и потер глаза. Как раз сейчас жена провожает детей в школу и готовится начать новый день - и хочется послать все к такой-то матери, потому что единственное его желание этим утром – бездумно валяться в постели.

- Лестрейд.

- Шерлок, - ответил он отражению в стекле.




@темы: цикл SkipandDi "The Infiltrate Series", Мы с коллегой именно этим занимаемся в рабочее время, Моральный оргазм, И слеш, и треш, Дикие ангстовые переводы, Sherlock BBC, SH/JW - единственный расово верный пейринг

URL
Комментарии
2013-02-25 в 14:06 

talu-la
На улице была среда, а на душе - вечер пятницы. Хотелось чего-то, не связанного со словами "работа" и "совесть".
о боже... ДА!!!
Я вас обожаю, вы ведь знаете, правда??!

2013-02-25 в 14:07 

Kati Sark
Хочется есть, пить, курить и трахаться. Но можно и не по порядку
talu-la, знаем,знаем)) но лучше придержать все эмоции,когда мы дойдем до совсем не переведенных сцен!

URL
2013-02-25 в 16:44 

Paper moon
— Я никогда не указывал, как тебе жить, Марти. — Ага, просто молча сидел и ху*ню про меня думал!
Вы постепенно заново выложите фик, правильно?

2013-02-25 в 17:11 

katerin9555
Вау, как здорово! А непереведенные сцены дженовые?

2013-02-25 в 19:17 

Kati Sark
Хочется есть, пить, курить и трахаться. Но можно и не по порядку
Paper moon, да совершенно верно.сначала обновим те 12 глав что были.а потом пойдет перевод еще не тронутых сцен,где море всего интересного

URL
2013-02-25 в 19:18 

Kati Sark
Хочется есть, пить, курить и трахаться. Но можно и не по порядку
katerin9555, пока да,а потом и разговоры будут и любовь)

URL
2013-02-25 в 20:38 

Paper moon
— Я никогда не указывал, как тебе жить, Марти. — Ага, просто молча сидел и ху*ню про меня думал!
Kati Sark,
Отличная новость! А то после завершения Парадоксов стало несколько грустно.

Спасибо! Спасиииииииибо! Вы замечательные :gh:

2013-02-25 в 20:41 

Kati Sark
Хочется есть, пить, курить и трахаться. Но можно и не по порядку
Paper moon, понимаю,после Парадоксов это немудренно.Но теперь пришло время разобраться с этими циклами,негоже, что они в таком виде)

URL
2013-02-26 в 04:27 

Hemimia
Сокол высоко поднимается, когда летит против ветра, а не по ветру (с)
:bravo: :lol::lol::lol:
Как замечательно, что все получается и будет нам цикл целиком :ura::ura::ura:

2013-02-26 в 09:48 

Kati Sark
Хочется есть, пить, курить и трахаться. Но можно и не по порядку
Hemimia, да,все 6 фиков надеюсь будут в распоряжении читателей)

URL
2013-02-27 в 22:39 

Sneg~
Иногда сложно быть рассудительной
Ммммм... какая прелесть. Давненько ждала того момента, когда вы решите переводить эту серию целиком:jump3:

2013-02-28 в 13:15 

Kati Sark
Хочется есть, пить, курить и трахаться. Но можно и не по порядку
Sneg~, как я уже говорила,это заслуга целиком нашего второго переводчика и беты по совместительству. И конечно мы рады,что заново вкладываемый фик,оказался столь ожидаем.Вторая глава не за горами))

URL
2013-03-05 в 00:25 

я не поняла, почему полный перевод, если только 1 глава :(((

2013-03-05 в 00:29 

Kati Sark
Хочется есть, пить, курить и трахаться. Но можно и не по порядку
KanekoKanda, потому что изначально был выложен черновик,где были вырезаны дженовые сцены.сейчас идет повторная выкладка текста без всяких вырезок и с переведенными финальными сценами

URL
     

Калевала - место обитания Kati Sark и переводов Dushki Niki

главная